“Свет — наше подсознание. Тьма — наше сознание”, — Олег Кулик

28.04.2009

На днях я была на встрече с Олегом Куликом в Европейском университете. Проект называется «Говорящий художник».
Многие знают, что Кулик снискал себе славу, изображая цепную собаку перед галереей Гельмана. При этом он награжден французским орденом Почетного легиона, Золотой медалью Академии художеств, в которую он находится на пороге вступления. Сразу объявив, что человек-собака умер, зарыт и место забыто, и он уже совсем другой человек, художник подробно рассказал о своей жизни, творчестве и продемонстрировал видео некоторых работ.
Кулик рассказал, как в начале своей творческой карьеры он 15 лет работал в своей мастерской над проектом из стекла, выпиливая «окошки» различных геометрических форм и полагая, что стекло, отражающее реальность и пропускающее ее сквозь себя, самый подходящий материал для искусства.
Закончив работу, он разместил свои произведения в интерьере мастерской и пригласил друзей-художников и арт-критиков на презентацию проекта.


После двух часов разговоров и «возлияний», один из гостей сказал: «Давай уже, показывай, что ты сделал». Т.е. гости, находясь все время внутри выставочного пространства, не видели самих работ.
Кулик впал в отчаяние: оказалось, что некоторые произведения, несмотря на глубину авторского замысла и сложность исполнения, не могут жить без участия самого художника и его комментариев.
Шел 1989 год. Большинство друзей-коллег уехали в США и Европу. В России остались единицы. Кулик вспоминал, что в тот период его преследовало ощущение пустого пространства, разрушения устоев и традиций, творческого тупика.
От всего этого, сказал художник, захотелось встать на четвереньки и завыть…
Сегодня художник выглядит как гуру: он недавно вернулся из Тибета, и, кроме его собственной констатации, что человек-собака умер, понятно, что это уже совсем другой Кулик.

Некоторые участники дискуссии, услышав похожие на проповеди речи художника, обвинили его в сектантстве.
Но художник настолько убедителен и органичен в своем новом образе, а его мысли об искусстве столь занимательны, что даже самые критично настроенные люди отмечали его завораживающие ораторские способности.
Кулик высказал суждение, что современное искусство – зона высокой социальной критичности, что это философствующее искусство, которое четко дифинирует: что оно делает и для чего. Однако, по мнению художника, социальная деконструкция – это ничто иное, как интеллектуальная истерика.
Сам же Кулик считает, что мир изменился, и настало новое время для нового искусства.
На смену формально-предметному искусству приходит «тотальная инсталляция», в пространстве которой зритель и его переживания становятся основной составляющей художественного действа.
Именно этого добивался Кулик в своих кураторских работах, в том числе, в проекте «Верю», названном им «проектом художественного оптимизма», где атмосфера выставки и переживания зрителей заведомо значимее, чем экспонируемые произведения.

Новая задача художника – построение сакральных пространств и возвращение религии в искусство. Он предлагает оставить в стороне традиционную обрядовость и созданную художниками прошлых веков религиозную эстетику и построить модель новой церкви, в которой Художник (с большой буквы, а как иначе?) должен говорить со зрителем о трансцендентном.

За первую «пространственную литургию», в которой он соединил традиционную классическую оперу и современные медиа технологии (лазер, свет, звук), он награжден Орденом Почетного Легиона. В ближайшее время автор планирует большую презентацию этой работы в Санкт-Петербурге.

По словам Кулика, сегодня мы живем в объединенном мире, и задача художника — создание условий для проявлений соборности в общественном восприятии.
В общечеловеческом плане современной религией должны стать такие, казалось бы, взаимоисключающие вещи, как честность и вежливость.
Кулик строит глобальные планы и готовится создать новую «пространственную литургию» — некий храм, для которого он уже режет из дерева орнаменты древнейших культов.
«Человек почувствует, что это храм, но он не должен его идентифицировать. Храм будет общим для людей всех конфессий», — говорит автор.

Кулик не только выглядит как гуру, похоже, таковым он себя и ощущает. Цитируя некоторые философские истины, он почти без иронии замечает: «так говорил Будда, так говорил Христос, так говорю я».
Понятно, что стремление поделиться новым духовным знанием характерно для всех неофитов, но Кулик интересен не этим, а тем, что он один из тех художников, которые имеют идеи и способны транслировать их в новых художественных формах.

Елизавета Стрепетова